Тонкая грань между отвагой и глупостью

Опубликовано 29 августа 2012 года.

После того, как Витор Белфорт принял бой против чемпиона весовой категории, в которой он не выступал несколько лет, имея месяц на подготовку, он заявил в твиттере о том, что "некоторые бойцы ведут себя как дивы". Насколько это соответствует действительности?

Не было понятно, имел ли он в виду Лиото Мачиду и Маурисио Хуа, которые отказались от этого шанса, или же он говорил о чемпионе Джоне Джонсе, последствия отказа которого всем хорошо известны. Однако в любом случае очевидно то, что самого 35-летнего "Феномена" никак не отнесешь к этой категории, особенно после того, как он согласился на бой, в котором букмекеры не дают ему практически никаких шансов.

Но даже не это сейчас важно. Важно то, что он принял вызов и взял этот бой. Он согласился на то, от чего отказались другие, доказав фанатам и президенту организации, что он действительно хочет быть, мать его, бойцом. Даже люди, которые не верят в то, что этот бой Витор закончит в сознании, обязательно расскажут вам о том, как они уважают бразильца за то, что он, уподобив себя жертве во время жертвоприношения, бросается в вулкан ради того, чтобы спасти от беды всю деревню. Все это заставляет меня задуматься о том, не идеализируем ли мы какие-то не те вещи в этом спорте, или по крайней мере празднуем принятие правильных решений довольно странным способом.

Например, когда Чел Соннен организовал свой импровизированный медиа-тур на прошлой неделе, то он дошел до того, что стал утверждать, что настоящий боец - это тот, который "дерется с кем угодно, где угодно и когда угодно".

"Некоторые любят написать подобные слова на футболке и ходить, прикидываясь крутыми ребятами, но есть и люди, которые реально живут по таким правилам"

И да, стоит признать, что звучит это довольно круто. Сразу задумываешься о том, как Джек Демпси ходил в начале прошлого века по салунам в шахтерских городках, чтобы продраться с любым, кто захочет этого. Но этого ли мы ждем от профессионалов в наши дни - готовности драться с кем угодно и узнав о бое пусть даже за минуту до его начала? И, что еще важнее, хороша ли эта идея для них самих?

Ответ на первый вопрос, судя по реакции на действия Джонса - уверенное "да". Мы ожидаем от бойцов - особенно от чемпионов, которые имели достаточно времени на полноценную подготовку - что они согласятся практически на любой бой и за любое время до турнира. И хотя я и не особо понимаю причинно-следственную связь в данном случае, но, похоже, бойцы и сами этого ждут от себя и своих коллег.

Во время открытой тренировки в Сиэттле в 2011 году ДаМаркус Джонсон объяснял, почему он согласился на бой с Амиром Садолла за две недели до турнира. Как сказал Джонсон, он представил себе, что было бы, если бы он сидел в баре, а Садолла вылил на него пиво. Что тогда? Наверняка они бы решили "пойти выйти" для того, чтобы решить эту проблему - так почему бы не сделать это, когда на кону еще и деньги?

Джонсон согласился на этот бой и, как мы знаем, он проиграл во втором раунде, когда Садолла завалил его в партер и заставил сдаться после серии ударов локтями. И это возвращает нас ко второму вопросу: насколько хороша эта идея со смелыми решениями для бойцов?

Чтобы получить какую-то более ясную картину по этому поводу, я опросил пару человек, которым уже приходилось бывать в подобной ситуации. На основании этого опроса я понял - и это меня не особо удивило - что ответ на этот вопрос зависит не только от обстоятельств, но и от того, какие цели ставит перед собой данный боец.

Например, Джейми Уорнер, два последних боя которого состоялись после того, как он согласился заменить выбывших бойцов незадолго до турнира. Первый бой, в котором он выступил против Эдсона Барбозы, имея меньше месяца на подготовку, он расценивает как "дорогу в UFC". Также это не было слишком сложно в физическом плане, потому что он как раз готовился к выступлению на небольшом шоу, запланированном примерно на ту же дату, и ему нужно было просто прибавить интенсивности на тренировках, чтобы быть в полной боевой готовности.

Но во второй раз, когда он заменил Терри Этима и встретился с Джо Лоузоном, ситуация была уже другая.

"Я был на столе татуровщика, накалывал очередную татуировку, когда мне позвонили, поэтому можно догадаться, что я был не в лучшей форме на тот момент"

Но у него было немногим больше месяца на подготовку, и в межсезонье он старался особо не расслабляться, поэтому Уорнер решил, что он все успеет. У него был и другой источник мотивации.

"Мой бой с Лоузоном был возможностью наладить отношения с UFC. Они любят бойцов, которые готовы брать любые бои. Независимо от результата, ты помогаешь компании. Они любят людей, которые согласны помочь"

Проблема лишь в том, что даже самые услужливые бойцы могут быть уволены, если они проигрывают слишком часто. Если ты соглашаешься на бой незадолго до турнира, то это даст тебе определенные поблажки, но вопрос в том, насколько они будут велики.

Спросите об этом Леонарда Гарсию, который вызвался драться с Намом Фэном за восемь дней до турнира в декабре 2010 года. Он получил предложение подраться как раз на День Благодарения, после того, как он запихнул в себя столько еды, сколько мог выдержать его желудок. И тут он получил звонок от менеджера, который спросил, как много он весит на данный момент.

"Я такой: что, серьезно? Я же только что из-за стола"

Когда он снял все свои вещи и встал на весы, то они показали 78 кг. Бой был запланирован в весе до 65,8 кг. Гарсия знал, что в нем находится едва ли не три килограмма еды, но в любом случае эти цифры означали, что то время, которое у него остается до боя, ему придется потратить исключительно на то, чтобы сделать вес. Никакого времени для того, чтобы изучить соперника или потренироваться с тем, кто мог бы имитировать его стиль. Ему пришлось бы купить беговую дорожку и следующие несколько дней провести на ней, будучи запакованным в костюм для сгонки веса и находясь в очень сложной для психики ситуации, которая совершенно нежелательна для бойца, готовящегося к бою. И все же он согласился.

"Я всегда считал, что если я нужен, то я должен делать это. После этого я публично заявлял о том, что, возможно, это была не лучшая идея брать этот бой - но при этом всякий раз, когда мне звонили и предлагали бой, я соглашался. Я думаю, я просто считал, что мы же бойцы, и нам надо соглашаться, раз уж именно этим мы занимаемся для того, чтобы заработать на жизнь"

Но теперь, когда Гарсия проиграл три боя подряд, он чувствует, что не может больше соглашаться совсем уж на любой бой и за любое время за турнира. Любые бонусы, которые он может получить за свою смелость, могут быть перечеркнуты возможным четвертым подряд поражением, и потому его вера в то, что боец должен соглашаться на любое предложение, внезапно оказалась уже не столь тверда.

"Быть крутым парнем - это порой глупо. А я больше не могу позволить себе глупых решений"

Стоит признать, что в этих словах есть смысл, особенно с учетом обстоятельств в данной ситуации. Но тогда, если концепция "где угодно, с кем угодно, когда угодно" действительно работает, то, наверное, ее стоит изменить на "где угодно, когда угодно, с кем угодно - но лишь в том случае, если у меня есть хоть какое-то подобие страховки от увольнения на случай проигрыша". Но тогда, конечно, это уже звучит не как крутой кодекс настоящего воина, а как привилегия, которую некоторые бойцы могут себе позволить.

Если верить Уорнеру, который был удивлен тому, что Джонс не согласился на бой с Сонненом, но с пониманием отнесся к тому, что от Джонса отказались Мачида и Шогун, дело тут не только в страхе увольнения.

"Если бы мне позвонили из UFC и сказали, что мне нужно драться с Джонсом или Андерсоном Силвой - конечно, если бы я был в их категории - то даже и не знаю, что бы я делал. Ну, ты хочешь титул, конечно, но к таким вещам лучше готовиться. Я бы спросил, как насчет, например, четырех недель на подготовку?"

Как мы уже видели, если UFC срочно нужен боец на определенную дату, то она обычно не настроена торговаться. Иногда легче найти кого-то другого, кто согласится на эти условия, чем прикидывать альтернативы по датам.

И мы возвращаемся к Белфорту, который значительно поднял рейтинг своей борцовской крутизны, согласившись на бой, когда UFC в нем нуждалась. Насколько правильно это решение для него? Может и правильное, все зависит от того, что он может потерять. Даже если бой будет таким односторонним избиением, как предполагают букмекеры, то его в любом случае не уволят. Но при этом ему вряд ли скоро предложат бой с Андерсоном Силвой лишь за то, что он оказал услугу компании. Он в любом случае сделает какие-то деньги на участии в этом матче с Джонсом, а его нокаутирующая мощь может даже и помочь ему пробить себе настоящий джек-пот, какими бы призрачными ни были его шансы до боя.

Но как только мы переживем свое первоначальное восхищение Белфортом и его желанием пожертвовать собой на благо компании и бойцовской чести, что остается нам как зрителям от этого боя? В идеале фанаты покупают билеты и PPV для того, чтобы увидеть, как два отлично подготовленных атлета выступают на пике своих кондиций. В этом, в конце концов, и есть смысл всех соревнований. Два лучших бойца дивизиона (по крайней мере, на данный момент) выясняют, насколько большое расстояние разделяет первое и второе места.

А сейчас похоже на то, что мы будем наблюдать бой дублера другого дублера, и аплодировать ему за смелость, даже если он не в курсе, сколь низко оценивают его шансы.

Странно ли то, что мы делаем так - применяем какой-то странный бойцовский кодекс к тому, что должно быть профессиональным спортом? Ну немного странно, да. А может и не немного. Но до тех пор, пока бойцы будут продолжать принимать такие вызовы, а фанаты будут от них этого ждать, ситуация вряд ли изменится.

Автор: Перевод Станислав Харламов

Ben Fowlkes, mmajunkie.com

Комментарии

Вспомнить пароль   Регистрация